проспект Кутузовский

Я - в Москве и на Арбате; Мамонтово - институт

Отрывки из книги: " Почти по Марк Твену Марк Твен всю жизнь гордился тем, что первым заметил отличие в том, как женщины и мужчины вдевают нитку в иголку. "Когда вдеваешь нитку в иголку, то держи иголку крепко и нитку продевай в ушко, а не натыкай ушко на нитку. Так делают только мужчины, и каждая маленькая девочка поймёт, что ты мальчик, видя, как ты обращаешься с иголкой". Я нечаянно обнаружил (может и мне погордиться), что при мытье полов или стирке мужчины, выжимая тряпку, располагают ладони и сжимают её друг против друга, а женщины накладывают руки на предмет с одной стороны, параллельно. И тут – хромосомы?..".

Демократия

ДЕМОКРАТИЯ Работали мы с Минькой Митюхиным у одного мужика. Секачев – фамилия. Напарник ещё на подворье у него прирабатывал. Уселись в обед покурить. Подходит тот мужик в рубашке нараспашку и вальяжно так обращается ко мне: -Слышь, бригадир, будете завтра работать? -Эге,- думаю,- раз так назвал, значит и бригада - «имеет место быть». Чего-то так спонадобились? Разузнать бы надо. -А завтра, какой день?- спрашиваю, хотя знаю – суббота. -Суббота,- недолго подумав, отвечает.- А что? «Ишь ты, в задумчивость привели, - додумываю.- Не вышло с наскока взять». -А то. С бригадой нужно посоветоваться. У него глаза округлились, озираться начал, нет ли ещё кого кругом. А я к Мишке обращаюсь -Как, бригада, будем завтра работать? У того «бычок» от неожиданности выпал. Его "бригадой" назвали. Беда – в траву. Искать долго будет. Рот раскрылся… -А какой завтра день?- переспрашивает. -Суббота,- отвечаю. -Тогда не-е. Бригада отдыхать будет. Поворачиваюсь к мужику и говорю. -Не работаем. Потому как суббота. Бригада решила отдыхать. -Во,- подумав, восхищается он,- где настоящая демократия. А у нас в «конторах» – всё ещё единоначалие. Не доросли до собраний. И начинает головой крутить. Воротник, наверное, жмёт. -Объясни бригаде, что завтра у меня субботник на личном подворье, потому как сенокос. Пусть Митюхин придёт. Может – без отдыхающей бригады. Потому субботник – дело добровольное, но подневольное… И уходит ворча: «Задемократизировалсь…». Точно – воротник жмёт. Головой больно долго крутил… Оборачиваюсь к Мишке: «Слышал... бригада?». И у того медленно отвисает челюсть. Онемел. Демократия, не успев вспыхнуть, – скончалась.